Олег Бахтияров - Выше свободы, за пределами смыслов

  • Олег Бахтияров - Выше свободы, за пределами смыслов

Сорвав плод с дерева познания добра и зла, мы совершили системную ошибку, утверждает Олег Бахтияров. О наших «искажениях» и путях их преодоления нужно знать, чтобы двигаться дальше. И первый вопрос, самый простой: что такое воля для вас – стиснутые зубы или распрямленная спина?

Олег Бахтияров родился в 1948 г. в Ленинграде. В 1979 г. окончил биологический факультет Киевского госуниверситета. С 1979 по 1986 гг. работал в киевском Институте психологии. В 1988 г. создал ТХО «Перспектива», которое после многочисленных преобразований превратилось в Университет эффективного развития (Киев). В настоящее время – директор Института психонетических исследований и разработок (ИПИР), Москва. Разработчик концепции психонетики и соответствующего методического обеспечения.


– Что такое воля? Какой она бывает?

– Когда речь идет о воле, этому слову придаются разные значения. Понимание воли, которое мне  близко и с которым я предпочитаю работать, – воля есть сердцевина нашего «Я», ничем не обусловленная, смыслопорождающая, целепорождающая, т.е. способная производить новые реальности, активность. Здесь важные слова, утверждающие свободу воли, – «ничем не обусловленная».

За последние 150-200 лет понятие «воля» претерпело инфляцию. Под волей стали понимать способность выполнять нечто, стиснув зубы, преодолевая сопротивление. А тезис о свободе воли был поставлен под сомнение.

Однако в нашем языке присутствуют выражения «свободная воля», «свобода воли». И эти формулировки провоцируют то, что я называю «первичной травмой сознания». Свободная воля – самое ценное, что есть у человека, но вместе с тем в своей жизни мы эту свободу почти не обнаруживаем. Это достаточно травматично для тех, кто считает внутреннюю свободу самым ценным в жизни. И здесь могут быть две реакции.

Одна реакция – отрицание самого факта наличия свободы воли и принятие ценности обусловленности, т.е. того, что осуществляет некоторое насилие над нашей свободой. Когда такой человек размышляет на эту тему, у него (у части людей) появляется своего рода «стокгольмский синдром». (В 1973 году в Стокгольме были захвачены заложники, и некоторые из них стали относиться к террористам с симпатией, перенимая их идеи и считая свою жертву необходимой.)

И другая реакция – когда мы начинаем поиск пути к свободной воле. Иногда некоторые люди эту свободу обнаруживают. Но поскольку все мы находимся в обусловленном мире, моменты переживания свободы достаточно кратковременны, а потом снова возвращается обусловленность, несвобода. Но несвобода после переживания свободы отнюдь не равноценна несвободе до переживания свободы.


– А как воля, волевая активность связана с принуждением?

– Когда вы приступаете к осуществлению волевого действия (то есть действия, для которого нет никаких текущих оснований) – вы естественно преодолеваете массу обусловленностей, с которыми сталкиваетесь. Волевое действие со стороны той части нашей психики, которая живет в режиме «стимул–реакция», вызывает определенное отторжение. Ведь когда мы реагируем на стимул, мы достигаем определенного комфорта. А волевые действия сами по себе отнюдь не комфортны. Комфорт – это когда мы полностью подчинились какому-нибудь фактору и у нас теряется напряженность сопротивления.

Волевое действие всегда связано не то чтобы с дискомфортом, но с действием вне комфорта.

То есть мы не стремимся достичь только лишь чего-то приятного – мы стремимся к свободному действию.


– А возможно наработать волю, существуют ли какие-то упражнения?

– Наработать – нет, а пробудить – да. Воля – это не мускулы, которые можно развивать, воля – это позиция, на которую можно встать. Тема, которой я занимаюсь, – психонетика. Она представляет собой набор определенных практик, направленных на пробуждение воли. Совсем необязательно людям достигать этого, многим достаточно результатов, которые на этом пути появляются. Многие психотехники ориентированы на решение конкретной задачи, они будут эффективны в узкой области, но никогда не выйдут за ее пределы. Например, вам надо научиться хорошо забивать мяч в ворота. Есть техники, которые могут ускорить этот процесс, но это не приведет к каким-то внутренним преобразованиям.

Настоящие психотехники всегда ориентированы на нечто, выходящее за рамки текущих задач.

Психонетика ориентирована на пробуждение свободной воли как на свою финальную задачу.

Тут возникает масса нюансов. Если мы наблюдаем свои действия, то видим их обусловленность различными факторами. И если мы делаем определенные шаги, чтобы это наблюдение стало достаточно чистым и на него не влияли разные факторы, то оказываемся в той точке, на которую уже ничто не влияет. Нам осталось придать этой точке характер активности. Мы можем начать действовать, и наши действия уже не будут связаны с теми обусловливающими факторами, которые мы наблюдаем. Вначале вы действуете в соответствии со своим предыдущим решением.

Теперь вам нужно обнаружить системы мотиваций, которые обусловили ваше решение.

И постепенно вы начинаете действовать с позиции наблюдения.

На самом деле человек преодолевает две трудности в этих трансформациях. Первая: вы переходите от восприятий, воображений, воспоминаний к действию, которое для вас чувственно не представлено, к смысловому действию, лишенному образного представления и словесной формулировки, к «знанию вне формы».

Что такое знание вне формы? Вы видите синий цвет и узнаете его. При этом необязательно его называть – вы все равно его знаете. Мы говорим «сторож» и при этом знаем, что кроется за этим словом. Вы можете произнести это слово на английском языке, на немецком, на китайском – все равно смысл этого будет у вас один.

Есть слова, которые звучат одинаково, но у них может быть много разных смыслов. Пост ГАИ на дороге – это одно, Рождественский пост – это совсем другое.

Нам нужно отделить смыслы от их словесного и образного выражения и оперировать этими непроявленными смыслами. Но как различить эти смыслы, если они лишены проявленных признаков? Только за счет особого усилия, их порождающего.


– Какие изменения происходят с человеком, когда он начинает работать со своей волей?

– Во-первых, он не начинает работать со своей волей – воля является сердцевиной нашего «Я». «Я» и воля сливаются, когда мы понимаем, что «Я» и есть воля. Имеются два утверждения: наличие нашего «Я» – «я существую (я есть)» и «я есть = я есть воля». Существуют упражнения, переводящие человека в эту позицию. Это чисто смысловые операции, операции со знанием вне формы. Такое бывает в творческих состояниях, когда сначала приходит понимание, а потом уже ищутся формы, выражающие это понимание. Поэты часто описывают этот процесс, когда что-то вертится на языке, и ты уже знаешь, что именно, нужно только подыскать слова. Подобное происходит и в ситуациях крайней опасности. Человек не представляет и не говорит себе, что нужно делать, а просто делает это, потому и выживает.

То же бывает и в мистических переживаниях, когда нет способа полученные знания перевести в какие-то формы.

Но это тоже обусловленные переживания, а наша задача – перейти к необусловленным.

Но эти усилия и подводят к волевой позиции, которая находится за пределами смыслов как таковых, к чистому, лишенному признаков, качеству, но тем не менее обладающему своей индивидуальностью «Я».



– С какой структурой сознания связана воля?

– Воля находится над структурами сознания.

Если мы осуществляем какой-то поиск воли, пытаясь найти структуру, за которой она стоит, у нас ничего не получится. Воля – вне структуры.

Наша структура всегда чем-то обусловлена: нашей физиологией, нашими воспитанием, культурой, языком и пр. А мы пытаемся выйти в такую позицию, в которой этих обусловленностей нет.


– Как соотносятся воля человеческая и воля божественная, когда говорят «да будет воля Твоя, Господи»?

– Я здесь могу поделиться только своими заблуждениями на этот счет. Говоря метафорически, Бог хочет от нас свободы. Божественная

Воля требует от нас нашей свободы, той, которая была у нас в раю. В силу ошибки, совершенной нашим сознанием, мы приняли сторону не свободного порождения реальностей, а отражения: сознание все время что-то отражает, оно почти лишено своей самостоятельности.

Одна из наших задач – вернуться к нашей самостоятельности. Поэтому, когда мы говорим «Да будет воля Твоя», речь идет, скорее, о том, чтобы освободиться от тех условных факторов, которые превращают нас в несвободное существо, подчиняющееся любым приходящим к нам стимулам.

Еще раз говорю: Бог хочет от нас нашей свободы, пробуждения. Но когда мы рассуждаем о Божественной воле, то говорим о чем-то таком, что выходит за рамки нашего сознания и нашего понимания. Наша воля – это тоже отражение, но не отражение принудительное, а отражение чего-то, о чем мы сказать ничего не можем. Муравьи не могут построить математику (а это высокоорганизованные существа), коты не могут построить философские системы – точно так же и человек не может понять то, что выходит за пределы устройства его сознания как такового. Есть нечто, что превышает по своей ценности нашу свободу, а подумать, помыслить об этом мы не можем.

Мы можем только говорить, что есть нечто, гораздо более важное, более ценное, то, что создало и этот мир, и наше сознание, и те миры, которые находятся за пределами нашего сознания.


– Можете расшифровать понятие «своеволие»?

– Часто свободной воле противопоставляется то, что называется своеволием. Оно к воле, собственно говоря, никакого отношения не имеет.

Это не я что-то сделал, не я создал новый смысл, не я создал какой-то цикл действия – мне лишь по каким-то причинам (именно по причинам) захотелось. То есть нечто вторглось в мое сознание – и мне захотелось сесть в ковчег, сорвать яблоко и т.д. Если я подчиняюсь не социальным нормам, не культурным, а именно случайным желаниям, которые находятся ниже культуры, которые никак не обработаны, – это и есть своеволие.


– А если такая формулировка – «Да будет воля Твоя, как моя»?

– Опять-таки, могу поделиться только своими заблуждениями на это счет. Мы сталкиваемся с двумя вещами – когда у нас пробуждается свободная воля, мы действительно сталкиваемся, с одной стороны, со свободой как ценностью, а с другой – неизбежно с этим возникает и ответственность. Ответственность – это не то, что по каким-то причинам мы что-то кому-то должны. На самом деле мы что-то кому-то должны по той причине, что совершили фундаментальную ошибку, поставив выше своей свободы внешние вынуждающие факторы. Сорвав плод с дерева познания добра и зла, мы подчинились действию внешних факторов. И нашей задачей является преодоление этой ошибки. Ее следствия проявляются во многих наших искажениях, мы подчиняемся самым нелепым вещам, самым нелепым импульсам, нелепым представлениям, взглядам – всему, чему угодно. С другой стороны, поскольку мы сами за это отвечаем, то сами и должны постепенно освобождаться от своих искажений и, по возможности, от искажений, которые находятся рядом с нами.

Мы не можем добиться пробуждения свободной воли без того, чтобы не начать эти искажения исправлять. Когда вы выходите в точку свободы, то сталкиваетесь с ответственностью за свои действия.

2018-08-22 10:42:26
0
90

Комментарии:

Внимание: HTML символы запрещены!